10.1 Исфахан – Асопас

(25.08.1619 – 03.09.1619)

На следующий день маймандар (1) доставил от короля Послу все необходимое для его путешествия. Но когда все уже было готово к отъезду, Посла сразил сильный приступ ревматизма, сопровождавшийся ужасными болями в обеих ногах, из-за чего он был вынужден провести двадцать дней в постели, не в силах встать на ноги. Самое плохое для него было то, что с задержкой отъезда проходило время, когда дует ветер благоприятный для плаванья из Ормуза (2) в Индию (3 ).
Вскоре король покинул Спахан (4), предварительно отправив Послу два отреза парчи ( 5) с вышитыми на них изображениями персов, грузин и франков (6), несколько отрезов шелка шитого золотыми и серебряными нитями (7 ), а также отрезы бархата (8) – всего девять штук, – высоко ценившегося и являвшегося среди азиатов символом достоинства и совершенства. А слугам Посла король подарил двадцать семь отрезов парчи шитой серебром и несколько отрезов бархата.

Хотя здоровье Посла улучшилось лишь незначительно (если вообще улучшилось), он собрался с силами и 25 августа приказал отвезти себя в паланкине (9) в деревню в лиге (10) от Спахана, чтобы на следующий день начать оттуда путешествие в том же паланкине. Посол был очень тронут сочувствием многочисленных армян, сирийцев и грузин – мужчин и женщин всех возрастов, приходивших к его дому со слезами на глазах, так как с его отъездом они лишались ежедневных подаяний, а потому приказал раздать им некоторую сумму денег.
Затем он выехал из Спахана в сопровождении маймандара и нескольких других персов, а также приоров монастырей (11) и других франков и через час после захода солнца прибыл в деревню, в которой уже находилось с его вещами большинство его слуг. Эта деревня, расположенная среди многочисленных садов у реки, называлась Харустан (12). В ней Посол нашел очень хороший дом с множеством просторных комнат. Самая большая из них с множеством окон вверху по форме и стилю напоминала комнату церкви в европейских монастырях. По словам некоторых старых персов, во времена шаха Тхамаса (13) этот дом служил колледжем для студентов, а большая комната, в которой остановился Посол, была главной аудиторией, в которой проходили лекции и семинары. В большом саду, в котором располагался дом, и на дорожке вокруг него было много фонтанов, в которых в тот момент не было воды. В общем, в деревне, которая, вероятно, насчитывала около пятисот жителей, было довольно свежо и она изобиловала разнообразными плодами и другими продуктами.

Посол пробыл в этой деревне два дня, так как закончил сбор верблюдов и других вьючных животных только после полудня вторника 27 [августа]. Он смог забраться в паланкин с большим трудом и только с помощью слуг, которые, можно сказать, загрузили его туда и отправился в путь уже на заходе солнца, на два часа позже каравана.
Поскольку дорога из Спахана до Майара (14) на протяжении большой лиги (15) огибала город, то проводники провели Посла через несколько усадеб с домами среди садов, составлявших часть большого поселка. Дорога эта проходила через небольшие мостики, перекинутые через многочисленные оросительные канавы, проехать по которым несмотря на яркую луну было совсем не просто. Этот поселок и сады растянулись больше, чем на большую лигу. В нем встречались и вполне приличные дома и базары, где можно было купить много еды, так как жители знали, что той ночью через их поселок проедут путники, которые в ней нуждаются.
Поскольку Посол мог передвигаться только в паланкине, то сложный переход через горный перевал знакомый еще по пути в Спахан пришлось обойти слева путем в пол-лиги (16), который показал один из гвардейцев, оказавшийся в поселке. В результате этого, а также упомянутого ранее объездного маршрута, путь до Майара удлинился (прямой путь составлял восемь больших лиг (17)) и занял всю ночь и еще час после восхода солнца. Посол так замерз, а его ноги так разболелись, что он засомневался, сможет ли он продолжить путь. Остановился Посол в том же доме, что и тогда, когда проезжал здесь по пути в Спахан, и этот дом был одним из лучших за время всего путешествия. Хозяин дома и многие его соседи были большими мастерами по изготовлению великолепных стрел для лука, а в Комишане (18), следующем поселке на маршруте, изготавливали красивые и прочные луки.

28 [августа], час с лишним спустя после захода солнца, Посол выехал из Майара и, так как луна еще не появилась, то караван и паланкин освещались обычными для Персии фонарями, дающими много света. Поскольку дорога была хорошей, а переход составлял всего шесть малых лиг (19), то в Камишан Посол прибыл за два часа до рассвета; караван прибыл позже, когда уже рассвело.
Посол не имел возможности в тот день ни поесть, ни поспать и чувствовал себя измотанным, как никогда ранее. Дело в том, что члены многочисленной семьи гостеприимного хозяина, включавшей и женатых сыновей и замужних дочерей, снова навещали его чуть ли не до самого его отъезда, а он как и ранее на пути в Спахан выполнял для всех обряд конгиария (20).
Хотя слабость и боли в ногах были еще так сильны, что его нужно было везти в паланкине, тем не менее, 29 [августа], покидая незадолго до захода солнца этот поселок, Посол начал ощущать улучшение, и вскоре после полуночи, в полу-лиге от небольшой деревни, ревматические боли заметно ослабли. В этой деревне Посол останавливался ранее на пути в Спахан, в ее караван-сарае было хорошее место для ночлега. Это был старый караван-сарай в виде крепости, в котором в своих хижинах, по десять или двадцать человек в каждой, жили бедные местные жители общей численностью около пятидесяти человек и всем им Посол раздал милостыню. Посол там отдохнул, и неожиданно боли совсем прекратились, осталась только слабость, не позволяющая стоять на ногах. Но хотя его слуги, учитывая трудности предыдущего дня, хотели пройти в тот день не более трех лиг (21), до нового караван-сарая хана Шираза (22), Посол настоял на том, чтобы продлить переход до Йесдегаса (23) и пройти семь больших лиг (24).

30 [августа] он покинул этот караван-сарай чуть меньше, чем за час до захода солнца. Верблюды, несшие его паланкин, шли быстрым шагом, и за два часа до рассвета Посол был в Йесдегасе. Холод был таким же пронизывающим, как в середине зимы в Спахане, и Послу пришлось перед сном надевать столько же или даже больше одежды. Остановился Посол в том же доме, в котором ночевал по пути в Спахан.
Караван всегда приходил на два или три часа позже, хотя отправлялся в путь раньше. Кроме людей, обслуживающих караван, которые были вооружены, в нем шли пять или шесть луг Посла с аркебузами и двое конных персов с луками, стрелами и симитаррами.
Описание этого поселка – очень необычного и странного – уже приводилось, когда речь шла о том, как Посол добирался до Спахана (25), поэтому здесь стоит только отметить, что, согласно общему мнению, именно здесь живут самые красивые женщины Персии, а также выпекается самый лучший по вкусу и белизне хлеб. Хотя из-за неказистого вида поселка, больше похожего на хлев для животных, в это трудно было поверить.

31 [августа] Посол отправился в путь на закате дня, так как предстоящий переход был самым длинным во всем путешествии. Спустившись из поселка в самую низкую часть долины, о которой уже писалось ранее (26), путешественники, поднялись по ее левой стороне, по другой тропе – не по той, по которой спускались по пути в Спахан. И хотя эта дорога была извилистой и потребовала больше времени, подъем был гораздо более простым. С высоты было видно, что в длину долина простиралась на восток и ей не было видно конца, ширина же ее в разных местах достигала пятисот, восьмисот и тысячи шагов (27).
Источником воды для оросительных канав является ручей среднего размера, протекающий через всю долину, и благодаря ему почти вся долина занята фруктовыми садами и огородами с овощами, а на ее остальной части расположены поля, на которых выращиваются пшеница и овес, а также много риса. Долина простирается более, чем на шесть или семь лиг (28) и по форме напоминает очень широкую и глубокую впадину, окруженную высокими и скалистыми горами, на вершинах которых имеется множество поселков, жители которых вполне сносно питаются тем, что дает им скудная почва на вершинах.
Так как этот этап пути был очень длинным, добраться до деревни Дергригер (29) до восхода солнца не удалось. Холод был таким сильным, что даже превзошел тот, что так досаждал прошлой ночью в Йесдегасе; так что всем пришлось одеться потеплее.
Посол, который к тому времени почти полностью поправился, остановился, как и во время путешествия в Исфахан, в маленьком доме, принадлежащем хану Шираза. В этой деревне все очень хорошо отдохнули, так как в ней был очень хороший караван-сарай, а проводники позаботились запастись достаточным количеством продовольствия и, что очень важно, хорошей воды из обильного ручья, протекавшего через сад. Посол приказал всем запастись этой водой, так как та, что будет в четырех следующих переходах до Маина (30), очень вредна для здоровья.
Перед отъездом из Спахана Посол приказал, чтобы у всех членов посольства, включая слуг, были аркебузы, небольшие бурдюки с водой, вмещавшие чуть более пол-арробы, а также зонтики, потому что хотя, как правило, переходы совершались по ночам, иногда могла возникнуть необходимость идти днем, что в самое жаркое время лета могло быть пагубным. Такой бурдюк был необходим из-за острой нехватки воды, особенно в королевстве Лара, где уже два года не было дождей, и купеческие караваны перестали проходить через него, так как в цистернах не было воды. С незапамятных времен арабы и персы имеют обычай брать с собой в дорогу такие маленькие бурдюки, которые они привязывали ремнями с обеих сторон седла, так чтобы они могли свободно свисать на расстоянии вытянутой руки от шерсти на брюхе коня, мула или кобылы. Покачиваясь в воздухе во время езды, вода в этих бурдюках значительно охлаждалась. Этот способ настолько древний (особенно среди арабов), что великий географ Страбон (31) упоминает и описывает его в точности таким, каким мы его видим сегодня. Поскольку в этой деревне была такая хорошая вода, все наполнили свои бурдюки и бутыли. На верблюдах перевозили другие – очень большие, которые везли с собой из Спахана.

Первого сентября за полчаса до захода солнца Посол вышел из Дергригера, взяв с собой из-за опасности пути помимо нескольких конных персов еще и нескольких пеших аркебузиров, которых предоставил глава деревни. Посол приказал, на случай какого-либо происшествия, держать в пути караван в поле зрения, и таким образом почти все одновременно в два часа ночи прибыли в Кускусар (32). Все очень опасались холода, так как в этом месте он был самым сильным и опасным в Персии. И поскольку в предыдущие вечера было очень холодно, все заранее очень переживали, что придется много потрудиться, чтобы снова разжечь множество костров, чтобы согреться и спастись от холода, как это было в разгар лета в Кускусаре и в других местах, и этой ночью в дороге. Но прибыв в караван-сарай обнаружилось, что там было довольно тепло, и не было нужды надевать ночью перед сном дополнительную одежду, как это было в Спахане в последние дни перед отъездом.

2 [сентября], зная, что дорога оттуда до Асопаса (33) очень плохая, – все время по горам и долинам с огромными болотистыми ущельями, – Посол вышел из Кускусара более, чем за час до захода солнца, чтобы до захода солнца следующего дня преодолеть сложный перевал. Но оказалось, что далее было много перевалов еще хуже первого, через которые можно было пройти только при свете факелов; ночью пройти через них было по-другому просто невозможно.
До Асопаса удалось дойти до рассвета, и хотя на следующий день оказалось, что там имеется множество источников с холодной и чистой водой, все старались держаться от них подальше из-за плохого качества воды и отвратительной рыбы в ручье. Посол запретил ее покупать, хотя там было много очень крупных особей зловещей желто-черной окраски, так как помнил, что случилось с теми, кто имел дело с этой водой и рыбой, когда посольство проходило здесь по пути в Спахан (34).

3 [сентября] на закате Посол отправился в путь и, поскольку следующий переход был намного короче, чем предыдущие, то уже к полночи уже был в деревне с мечетью, где происходили чудеса, о которых Послу рассказывал дервиш или отшельник во время его пути в Спахан. Для Посла вместе со свитой, так же как и в прошлый раз, нашлось хорошее жилье.

(Гарсиа де Сильва и Фигероа "Записки", Том II, Книга VII, Глава VIII, стр. 412 – 418)

Примечания переводчика

1) маймандар (в тексте исп. el Maymandar) – Имеется в виду мехмандар, шахский чиновник, отвечавший за прием иностранных послов.
(Подробнее см. прим. 1 к 7.1 "Прием посольства шахом Аббасом (Часть 1)", прим. 39 к 6.9 "Кум – Казвин" и прим. 10 к 9.8 "Прием послов шахом Аббасом (Часть 1)")

2) ...из Ормуза (в тексте исп. Ormuz) – На острове Ормуз, принадлежавшем вассальному по отношению к Португалии (а в описываемое время – Испании) государству, находилась крепость, служившая главным опорным пунктом португальцев в Персидском заливе.
(Подробнее об Ормузе см. прим. 1 к 3.1 "Сложности с отплытием из Гоа". и прим. прим. 15 к 7.4 "Прием посольства шахом Аббасом (Часть 1)

3) ...в Индию (в тексте исп. la India) – Имеется в виду в Гоа, откуда отплывали суда в Лиссабон и куда они из него прибывали.

4) Спахан (в тексте исп. Spahan) – город в Иране, в описываемое время – столица сефевидского государства.
(Подробнее см. прим. 1 к 9.3 "Письма Роберта Ширли, комета и странное животное")

5) парча (в тексте исп. brocado) – В данном случае дон Гарсиа упоминает одну из европейских разновидностей парчи – "brocado" (DRAE)
Парча (от перс. parče – «ткань, материя» ) – тяжёлая ткань из шёлка с узором, выполненным металлическими нитями с золотом, серебром или их сплавами с другими металлами. Возникла в Китае, распространилась в Персию, Византию, а затем в Европу. Парча использовалась для шитья придворной одежды и церковных облачений. ( Подробнее см. Парча и Brocado)

Парча брокадо

6) франки (в тексте исп. francos) – Наименование западных европейцев на Востоке.
(Подробнее см. прим. 15 к 6.8 "Кашан – Кум")

7) шелк шитый золотыми и серебряными нитями (в тексте исп. mileque) – Здесь дон Гарсиа употребляет старинное название для шёлка, встречающееся в португальских источниках. Оно происходит от персидского слова "milek" ("царский"), которое использовалось для обозначения роскошных шёлковых тканей.
Дон Гарсиа нередко использует португальские слова. В испанских словарях это слово найти не удалось.

8) бархат (в тексте исп. terciopelo) – изначально шёлковая ткань с тянутым или нарезным густым ворсом небольшой высоты, которую получают посредством особого переплетения нитей. (Подробнее см. Бархат)

Бархатное платье (XVI век)

9) паланкин (в тексте исп. litera) – Средство передвижения в виде укреплённого на длинных шестах переносимого крытого кресла или ложа.
(Подробнее см. Паланкин)

10) в лиге – примерно в 5,6 км.

11) приоры монастырей – Имеются в виду настоятели существовавших в то время в Исфахане монастырей августинцев и кармелитов.

12) Харустан (в тексте исп. Jarustan) – см. прим. 2 к 6.2 "В ожидании въезда в Исфахан"

13) ...во времена шаха Тхамаса (в тексте исп. Xa Thamas) – Имеется в виду шах Тахмасп или Тахмасиб I (1514–1576), второй шах Ирана, старший сын шаха Исмаила I, основателя династии Сефевидов, отец шаха Мухаммада Худабенде и дед шаха Аббаса I. Тахмасп правил 52 года (с 1524 по 1576 г.) – дольше, чем любой другой сефевидский монарх.
(Подробнее см. прим. 1 к 6.5 "Исфахан, его крепость и его жители")

14) Майар (в тексте исп. Mahiar) – см. прим. 42 к 6.1 "Персеполь – Майар

15) большая лига – примерно 6875 м.

16) в пол-лиги – примерно в 2,8 км.

17) восемь больших лиг – примерно 55 км.

18) Комишан (в тексте исп. Comixan) – см. прим. 39 к 6.1 "Персеполь – Майар

19) шесть малых лиг – примерно 25,08 км.

20) обряд конгиария (в тексте исп. congiario) – см. прим. 41 к 6.1 "Персеполь – Майар

21) не более трех лиг – примерно не более 16,8 км.

22) хан Шираза (в тексте исп. el Cham de Xiras) – Имеется в виду Имамкули-хан, шахский наместник провинции Фарс со столицей в Ширазе. Был назначен шахом Аббасом I на этот пост после смерти своего отца – Алаверди-хана, правившего Фарсом до него.
(Подробнее см. прим. 35 к 4.2 "Прибытие в Лар" )

23) Йесдегас (в тексте исп. Hiesdegas) – см. прим. 35 к 6.1 "Персеполь – Майар

24) семь больших лиг – примерно 48,125 км.

25) ...когда речь шла о том, как Посол добирался до Спахана – На пути из Персеполя в Исфахан дон Гарсиа проходил через Йесдегас 15 апреля 1618 года.
(Подробнее см. раздел 6.1 "Персеполь – Майар

26) ...долины, о которой уже писалось ранее – На пути из Персеполя в Исфахан дон Гарсиа проходил через эту долину 12 – 13 апреля 1618 года.
(Подробнее см. раздел 6.1 "Персеполь – Майар

27) достигала пятисот, восьмисот и тысячи шагов – примерно 350 м, 560 м и 700 м.

28) на шесть или семь лиг – примерно на 41,25 км или 48,125 км.

29) Дергригер (в тексте исп. Dergriger) – см. прим. 33 к 6.1 "Персеполь – Майар

30) Маин (в тексте исп. Main) – см. прим. 8 к 6.1 "Персеполь – Майар

31) Страбон (в тексте исп. Strabon) – см. прим. 26 к 2.1 "Жители Гоа"

32) Кускусар (в тексте исп. Cuscuzar) – см. прим. 31 к 6.1 "Персеполь – Майар

33) Асопас (в тексте исп. Acopas) – см. прим. 27 к 6.1 "Персеполь – Майар

34) ...когда посольство проходило здесь по пути в Спахан – На пути из Персеполя в Исфахан дон Гарсиа проходил через Асопас 12 апреля 1618 года.
(Подробнее см. раздел 6.1 "Персеполь – Майар